Один из самых памятных эпизодов в истории ООН произошел осенью 1960 года, когда делегацию Советского Союза на сессии Генеральной ассамблеи возглавлял Никита Хрущёв. В тот год семья ООН пополнилась 17 новыми государствами, получившими независимость в результате освободительного движения. Советская делегация тогда внесла на рассмотрение декларацию о предоставлении независимости колониальным странам и народам.
В ходе её обсуждения представитель Филиппин неожиданно выдвинул идею распространить право на независимость и на народы Восточной Европы, «проглоченные» как он выразился, Советским Союзом. Никита Сергеевич очень бурно отреагировал на это предложение. Господа, господин председатель, мы живем на земле не милостью божьей и не вашей милостью, а силою и разумом нашего великого народа Советского Союза и всех народов, которые борются за свою независимость. Не заглушить вам голос народа, голос правды, который звучит и будет звучать. Конец, могила колониальному рабству! Долой его и похоронить его, чем глубже, тем лучше!
— — — — — Выступление испанского министра глубоко задело Хрущева. Он стал с трибуны на чем свет крыть и режим в Испании и самого Франко. Хрущев кричал, что «придет время, и народ Испании поднимется и свергнет кровавый режим!» Председатель тщетно пытался лишить Хрущева слова.
— — — — — В 1960 году в Париже открылась конференция стран-победительниц во второй мировой войне. После открытия саммита Хрущев сразу же взял слово и произнес одну — единственную фразу: «Совещание может начать свою работу в том случае, если президент Эйзенхауэр принесет свои извинения Советскому Союзу за провокацию Пауэрса». Встреча была сорвана. На пресс-конференцию собралось множество народу. Хрущев зачитал подготовленное заявление. В зале раздалось недружественное гудение, послышались выкрики с мест. Хрущев разразился тирадой: Господа, я прошу извинить меня, но хочу сразу ответить той группе, которая здесь «укает». Меня уже информировали, что канцлер Адэнауэр прислал своих агентов, недобитых нами под Сталинградом, которые шли в Советский Союз, в пределы его, «укали». А мы так как «укнули» их, сразу на три метра в землю вогнали. Так что вы, господа, «укайте», да оглядывайтесь. Мы вас не добили под Сталинградом, на Украине, в Белоруссии. Если вы будете «укать» против нас и будете опять готовить нападение, то мы так «укнем», что больше не будешь укать. — — — — — Мы говорили, что имеем бомбу и в 100 миллионов тонн тротила. И это верно. Но взрывать такую бомбу мы не будем, потому что если взорвем ее даже в самых отдаленных местах, то тогда можем и у себя окна повыбить. Поэтому мы пока воздержимся и не будем взрывать эту бомбу. Советский «100-мегатонник» западные журналисты называли «Царь-бомба» или «Кузькина мать».
СВЕРНУТЬ
